Важно жить духом Христа

Накануне дня св. Патрика, покровителя Ирландии, мы побеседовали со священником, родившимся в этой знаменитой стране. Знакомьтесь - о. Энтони Бранаган, настоятель прихода в Кемерово.

О. Энтони, где Вы родились и выросли?

Я родился в маленьком городке в Ирландии в 1934 г. и с детства чувствовал желание стать священником. Однажды священник-редемпторист проводил реколлекции в нашей школе. На исповеди я сказал ему, что желаю стать священником, он пригласил меня в дом редемптористов в Дублине (где я тогда жил). Потихоньку я знакомился с ними, позже они пригласили меня в свою предсеминарию. Ещё до окончания школы я вступил в неё - мне было 15 лет. После этого - год новициата, учёба в семинарии. 24 сентября 1954 г. я принёс вечные обеты.

В Ирландии много редемптористов?

Да, больше трёхсот. Когда я учился, было более ста семинаристов. Священники конгрегации Святейшего Искупителя приехали в Ирландию в середине XIX в. В нашей стране, кстати, служил и русский редемпторист Печерин, его выслали из России и священный сан он принял в Европе.

Жизнь в семинарии в то время была очень закрытая. Параллельно я учился в университете. Это были счастливые времена - студенты дружили друг с другом, были очень хорошие преподаватели. Мы занимались театральными постановками, и даже представляли их в городе, например, пьесу Чехова "Вишнёвый сад".

21 января 1962 г. я был рукоположен во священника. После этого ещё год оставался в семинарии. Вскоре я с двумя священниками, рукоположенными вместе со мной, поехал в Бразилию. Помимо Латинской Америки, священники нашей конгрегации работали тогда в Индии, на Филиппинах. Миссия в Бразилии только начиналась в 1960 г.: Папа Иоанн XXIII попросил редемптористов отправиться туда. Пока мы плыли в Бразилию, в Риме был избран новый Папа, Павел VI...

В основном наши миссионеры работают в Центральной Бразилии и на побережье. У нас был там маленький приход.

Что такое миссия, в частности, миссия в Бразилии?

Я приехал в Бразилию в 1963 г. В это время начинался II Ватиканский Собор, происходили большие изменения в Церкви. В Бразилии верующие с энтузиазмом приняли мысль и духовность реформ Собора. Сразу же были переведены документы, начали проводится конференции. В то же время, много священников отошло к традиционалистам, поскольку возникла путаница.

В городке, куда я приехал, мало людей посещало храм. Здесь речь шла о повторной евангелизации. Приход охватывал большую территорию - от центра города до окраин было примерно 300 км (чем-то похоже на Россию)... Была возможность ехать на машинах. У нас были миссии в мае, сентябре, когда священник на муле или коне посещал окрестные деревни, чтобы у людей была возможность исповедаться, принять Причастие, обвенчаться. Смысл миссии был в том, чтобы вернуть людей к церковной жизни: они были крещёные, но долго жили без таинств.

В Бразилии я прожил тридцать два года, до 1995 г.

Как в Вашей судьбе появилась Россия?

В 1987 г. я проходил в Ирландии у иезуитов что-то вроде курсов повышения квалификации. Тогда-то у меня и возникло желание поехать в Советский Союз, потому что мир менялся. Купил туристический тур в Москву и Ленинград. У меня был адрес Михаила Вольфковича, по приезде я сразу встретился с ним и другими верующими. Я был не просто туристом: после путешествия написал отчет настоятелям конгрегации, и в 1993 г. вновь попросил разрешения посетить Россию. Мне разрешили поехать на две недели.

После окончания путёвки я задержался здесь ещё на неделю - был в Москве, Санкт-Петербурге, смог поехать в Сибирь. Там я встретился с епископом Иосифом Вертом, был в гостях у «Каритаса». Владыка пригласил меня приехать. Я ответил, что это не зависит от меня. Однако, учитывая, что в Сибири, в Прокопьевске, с 1962 г. жил редемпторист восточного обряда о. Ярослав Сподар и ещё один священник, о. Василий, шанс был.

По возвращении я обратился к генеральному настоятелю, сказал, что желаю поехать в Россию. В Сибири я оказался в апреле 1996 г. и сразу поехал в Прокопьевск, потому что генеральный настоятель и епископ решили, что именно там должна создаваться община редемптористов. Кроме того, тогда там проживало много немцев, поэтому нужен был пастырь латинского обряда.

Ещё два священника приехали из Польши - один в мае, а в октябре прибыл о. Дариуш Лысаковский, который погиб в 2001 г. в автокатастрофе.

Далеко не у всех конгрегаций есть священники восточного обряда. Откуда появились редемптористы восточного обряда?

Из Украины и Словакии. Не знаю точно, как это получилось, но есть много священников во Львове.

Я часто служил вместе с о. Ярославом: когда приехал, была как раз Пасха по юлианскому календарю. С тех пор я нередко участвовал в литургии в восточном обряде.

Год прожил в Прокопьевске, в конце 1996 г. мы решили, что необходимо начинать служение в Кемерово, всё-таки это областной центр. Начинали вместе с о. Дариушем. Нас пригласили немцы из Кемерово, даже пожертвовали свой офис, чтобы было где служить мессу. Позже мы арендовали зал в Доме культуры, затем купили квартиру, где обустроили приходской центр.

По воскресеньям на мессу регулярно приходят около 30 человек. Однако многие недовольны тем, что часовня находится в квартире. Бывают и казусы: например, одна пожилая женщина звонила в храм в Новосибирск, хотела принять Причастие и исповедаться - хотя она жила рядом с нами, даже не зная, что в городе есть община. Стараемся перед большими праздниками давать объявления в городской газете; были и интервью; когда статую Фатимской Божией Матери привозили в Кемерово, нас с о. Дариушем даже приглашали на телевидение и на радио.

Конечно, если будет свой храм, многие узнают об общине. Поэтому в настоящее время разрабатывается проект церкви.

Помимо Кемерово, мы ездим к верующим в Ленинск-Кузнецкий, Полесаево, Юргу, Анжеро-Судженск, Яшкино, Холмогорово, Георгиевский.

Что это за общины?

Костяк составляют немцы и поляки. Губернатор области Аман Тулеев (он очень доброжелательно к нам настроен - всё время поздравляет нас с Рождеством, Пасхой) в связи с 60-летним юбилеем Кузбасса направил поздравления представителям различных конфессий и призвал совершать заупокойные богослужения об умерших в регионе.

Три недели назад я меня пригласили на похороны в Анжеро-Судженск и я совместил этот день с молитвами обо всех усопших. На мессу пришло много людей, около ста человек. Многие до этого даже не знали о нас. В советское время там была община, которую окормлял священник-поляк. Многие из тех, кого он крестил, ещё живы, значит, верующих там много, вопрос в том, чтобы показать, что католические пастыри вернулись.

В чём специфика служения в России по сравнению с другими странами?

Здесь люди долгое время оставались без священников, у них не было возможности участвовать в мессе. Пока не все из них приходят, но те, кто знают о существовании часовни, посещают её постоянно. В Кемерово есть группа из 25 человек, которые всегда приходят на мессу. В Анжеро-Судженске семь женщин, каждый раз, когда мы приезжаем (это случается два раза в месяц), они обязательно приходят. Когда были похороны, о которых я уже рассказывал, они до моего приезда целый день молились у гроба, одна - всю ночь. Там много католиков.

В Ленинск-Кузнецком и Полесаево общины начали собираться без священников намного раньше, чем мы приехали. Там есть языковые проблемы - старики привыкли к богослужениям на немецком языке, их же дети и внуки ничего не понимают.

Чем Вам особенно запомнился о. Дариуш Лысаковский?

Мы провели вместе пять лет. Между нами бывали разногласия - он молодой, я старый, - однако ясно, что это был очень харизматический человек, с большим апостольским рвением. Хотел сделать всё и очень быстро, по всей области собрать общины, найти католиков, собирать их, чтобы они узнали и полюбили Иисуса и последовали за Ним. О. Дариуш Лысаковский очень много времени отдавал работе с молодёжью.

У Вашей конгрегации есть призвания в России?

Я знаю пока только одного - Даниила Поторочина из Екатеринбурга. Сейчас он учится в Ирландии. Даниил был знаком с о. Дариушем, помогал ему в подготовке Всероссийской молодёжной встречи. В течение двух лет он регулярно приезжал к нам. Мы решили, что он может учиться в Ирландии, потому что хорошо владеет английским языком. Им там все очень довольны.

К сожалению, у меня нет постоянных контактов с Оренбургом и Орском, где работают наши священники, поэтому не знаю, как обстоят дела с призваниями там. Есть редемптористы в Петропавловске (Казахстан). Мы начинаем развивать деятельность в этом направлении.

Что надо сделать, чтобы в России было больше призваний?

Думаю, самое главное - работа с молодёжью: встречи, летние лагеря, паломничества. Помогать молодым людям больше узнавать о вере, показывать им примеры евангелизации. Важно, чтобы они жили духом Христа.

Заступничеством кого из святых Вы чаще всего молитесь?

Кроме святых редемптористов - св. Терезы из Лизьё. Очень почитаю и св. Терезу Авильскую.

Какие, на Ваш взгляд, духовные книги было бы хорошо издать на русском языке?

Не знаю, переведён ли труд св. Альфонса Лигуори о молитве. На мой взгляд, очень хорошая книга о практике любви к Иисусу Христу. Может быть, не всё из неё покажется сегодня актуальным, - всё-таки она была написана почти четыре века назад, - но я всё равно её читаю.

Беседовал Виктор Михайлов